На сальской земле побывали родные пленного солдата вермахта

На сальской земле побывали родные пленного солдата вермахта
Ноябрь 19 12:00 2019 Печать 869

Фрау Ульрике Мотт и два её взрослых сына, Лукас и Флориан, поклонились праху свёкра и деда — обер-сержанта вермахта Роберта Адольфа Мотта, погребённого в районе современного посёлка Ясенево Гигантовского сельского поселения в августе 1945 года

Попал в плен

Нет, это не опечатка, год указан правильно, а дело вот в чём. Австриец, уроженец Вены Роберт Мотт, 1916 года рождения, был призван в немецкую армию в ноябре 1942 года, сразу после того, как под Сталинградом замкнулось кольцо окружения фашистских войск. Поскольку призвали его с шестого курса Венского университета, то как особо грамотного определили на должность полкового писаря. А уже 7 декабря он оказался в одной из пехотных дивизий группы армии «Дон» под командованием фельдмаршала Манштейна, пытавшихся деблокировать войска другого фельдмаршала — Паулюса.

Насколько катастрофично для немцев завершилась Сталинградская битва — общеизвестно, но для обер-сержанта Мотта всё закончилось относительно благополучно: вследствие ранения правой руки он был отправлен в глубокий немецкий тыл и даже за пределы СССР. При этом он был ещё и удостоен специальной награды для нижних чинов вермахта, которая примерно соответствовала нашему солдатскому ордену Славы. Успел жениться и даже порадоваться сыну, родившемуся в начале 1944 года.

Кстати, его жена Анит вместе с новорождённым Петером летом посетила воинскую часть в Венгрии, в которой Мотт тогда служил и где был впоследствии взят в плен в ноябре того же года.

Фото редакции.

Каким-то образом, уже из плена, он сумел передать весточку родным. То было небольшое письмо, адресованное крошечному сыну, прощальное и напутственное. Оно до сих пор хранится в этой австрийской семье.

Сам Петер умер пару лет назад, но перед смертью потребовал клятвенного заверения от своих сыновей, что они найдут и посетят место упокоения деда.

Поиски увенчались успехом благодаря рассекреченным и опубликованным архивам НКВД.

В лагере под Гигантом

Передо мною — опросный лист управления НКВД СССР по делам о военнопленных и интернированных от 24 июля 1945 года на обер-сержанта Роберта Адольфа Мотта. Это дата прибытия в лагерь № 25, расположенный в зерносовхозе «Гигант». Документ представлял собою стандартные бланки на четырёх листах, включавшие 40 вопросов, и по заполнению содержал практически полную информацию о военнопленном.

Спустя месяц, 23 августа 1945 года, Мотт умер от брюшного тифа. В его учётном деле хранятся также история болезни, протокол анатомического вскрытия и акт о погребении. К НКВД можно по-разному относиться, но все формальности это ведомство соблюдало скрупулёзно. Правда, ввиду недостатка бумаги в послевоенной стране, все эти три документа были заполнены на трофейных листах от руки и поверх отпечатанного, довольно убористого немецкого текста. В связи с чем записи пришлось фактически буквально, то есть по буквам, расшифровывать, увы, с незначительным успехом.

Фото редакции.

И ещё один интересный факт. Жена Роберта Анит умерла тоже в августе 1945 года и от того же брюшного тифа, но только в Вене. А полуторагодовалого Петера взяла на воспитание бабушка — мать Роберта…

В квадрате № 18

И вот 17 октября 2019 года на гигантовском повороте трассы «Ростов — Сальск» гостей из Австрии встречала делегация Сальского района в составе главы администрации Гигантовского сельского поселения Юрия Штельмана и специалиста Марины Матюшкиной, главного специалиста отдела по противодействию экстремизму и терроризму, взаимодействию с политическими партиями, общественными организациями, национальными диаспорами и религиозными объединениями администрации Сальского района Николая Ерёменко, руководителя музея боевой и трудовой славы школы № 76 Нины Подопригора и председателя Совета ветеранов города и района, руководителя историко-краеведческого музея при РДК им. Негребецкого Александра Борщевского.

Сразу после знакомства все отправились на предполагаемое место захоронения родственника прибывших гостей…

В документах значился «квадрат номер 18», имелась ещё схема захоронений, в которой под номерами было 108 погребений, но без какой бы то ни было топографической привязки к указанному квадрату. «В общем, прибыли мы на обработанное и обрамлённое лесополосами поле, — рассказал нам Александр Борщевский. — О том, что где-то в этой земле есть могилы умерших военнопленных, не говорило ничего. Да и не могло быть иначе — слишком страшной была та война… К тому же в 1945 году даже на бесчисленных братских могилах наших соотечественников ещё не было никаких обелисков, лишь скромные обозначения массовых захоронений, чтобы потом, в лучшие дни, возвести на этих местах величественные монументы…»

Фото редакции.

Австрийцы всё поняли правильно. Никаких вопросов, сетований. Ничего. Они просто взяли горсть земли с этого русского поля, поставили свечи, помолились, поплакали. Всё как у всех.

Сальчане деликатно отошли в сторону, а гости из Австрии оставались на территории «квадрата номер 18» столько, сколько сочли нужным…

Угостили по-нашему

Затем, уже в Гиганте, Мотты возложили цветы на мемориальном комплексе «Два бойца и скорбящая мать». В этой братской могиле покоится прах 120-ти солдат, погибших при освобождении посёлка, а на гранитных плитах выбиты фамилии ещё 447-ми гигантовцев, не вернувшихся с полей Великой Отечественной…

Далее гостей ждал обед, организованный главой администрации Гигантовского сельского поселения Юрием Штельманом.

Из представленных разносолов австрийцам больше всего понравились борщ и сало, ну, и, конечно, — то, что они называют «шнапсом»…

Помянули, как водится, всех. «И не было за тем столом врагов, победителей или побеждённых, — рассказал нам после Александр Борщевский. — То застолье больше походило на образец народной дипломатии, которая просто необходима сегодня миру и, может быть, ничуть не меньше, чем дипломатия официальная…»

Фото редакции.

Посетили и Сальск

Потом гости, конечно же, побывали и в Сальске, остановились в гостинице «Юбилейная». В городе для австрийцев устроили небольшую экскурсию по центру. Посетили они и историко-краеведческий музей, которым руководит Александр Борщевский. Здесь к ним присоединилась начальник архивного отдела администрации Сальского района Наталья Бутова, во многом благодаря стараниям которой и состоялся этот визит. В музей была приглашена и Отличник народного просвещения, бывший учитель немецкого языка школы № 1 Тамара Тимофеевна Потопина, кстати, единственная, кто общался с гостями на их родном языке, ибо прибывший с австрийцами переводчик владел только английским, впрочем, этого было достаточно…

Особое внимание посетителей привлекли музейные артефакты немецкого происхождения: пятизарядный карабин «Маузер», противотанковые снаряды и мины, футляр от противогаза, предметы быта и прочее. Узнали они и мотоцикл М-72, хотя и произведённый ещё в предвоенном Советском Союзе, но являющийся точной копией немецкого R-71 фирмы BMW. Ну, и, конечно, большой фурор произвела хранящаяся в музее бритва Паулюса, обнаруженная в феврале 1943 года нашим земляком, старшим лейтенантом В.И. Заикиным, в подвале универмага Сталинграда — последнем пристанище фельдмаршала и его штаба перед пленением. Австрийцы держали бритву в руках, пробовали на остроту и фотографировали во всех ракурсах, понимая, что такого экспоната они не увидят даже в музее-панораме Сталинградской битвы.

И ещё. В музейной книге отзывов младший внук солдата вермахта Лукас оставил запись. На немецком языке. Однако слово «спасибо» было всё-таки написано по-русски. За это — danke, Лукас.

Наступило утро — и Мотты поехали дальше. Они отправились в Сталинград — именно так они называют этот город. Разумеется, никому и в голову не пришло их поправлять…

Светлана Омельянович, 8(86372) 7-10-22, omelpress@bk.ru

salsknews.ru

написать комментарий

нет комментариев

Пока нет комментариев!

Вы можете начать диалог.

Добавить комментарий

Ваши персональные данные будут в безопасности Ваш электронный адрес не будет опубликован. Также другие данные не будут переданы третьим лицам.
Все поля являются обязательными.